Бердяев постоянно подчеркивает, что считает себя экзистенциальным философом, и это действительно так. Он был настоящим экзистенциальным философом, потому что его экзистенциальность была его философией, а философия - его экзистенциальностью. Он неотделим от самого себя, тождественен самому себе, а это не дано почти никому. Нет Бердяева и его политических взглядов, Бердяева и его религиозных убеждений; этот человек неразложим на анкетные данные. Бердяев, проще говоря, и есть сам Бердяев.
Он принадлежит к прекрасному роду последних христиан, вечно находящихся у конца исторического христианства, славящих христианство вечное. Он был христианином до такой степени, что теряется из взгляда богоносной паствы, мерно бредущей внизу, относительно нее он не был христианином вовсе. Личность - это всегда кризис, суд для общества: если это - человек, то кто же тогда мы?
В заключение - прекрасная цитата, которая очаровала меня своей бездонностью и музыкальностью: "Тоска вызывается не только смертью, которая ставит нас перед вечностью, но и жизнью, которая ставит нас перед временем". Это невероятно глубокое исповедание веры.
0 коммент.:
Отправить комментарий